г. Москва,
Большая Филевская, 2

Интервью заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Анастасии Раковой для РИА Новости.

Источник: РИА НОВОСТИ

Уходящий 2023 год был насыщенным для социальной сферы Москвы. О том, каких результатов удалось добиться в этом году, какие новые социальные сервисы ждут москвичей в следующем, как сейчас обстоят дела на рынке труда и с заболеваемостью сезонными инфекциями, а также о том, какие еще изменения может привнести в столичную медицину искусственный интеллект, в интервью РИА Новости рассказала заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Анастасия Ракова. Беседовали Мария Зыбина и Ольга Овчинникова.

— Анастасия Владимировна, подводя итоги года, каким был 2023 год для социальной сферы Москвы? Все ли удалось реализовать?

— Этот год был достаточно знаковым для социальной сферы Москвы. В этом году закончился очередной 5-летний срок мэра Москвы и новой команды, которая занималась социальной сферой. Могу сказать, что те планы, которые мы ставили пять лет назад, были даже менее амбициозными. И мы добились гораздо больших результатов. В этом году мы ввели и запустили уже в работу ряд знаковых, мне кажется, не только для Москвы, но и для страны новых медицинских клиник, которые обеспечат москвичей современной, качественной медицинской помощью на десятилетия вперед. В первую очередь это первая новая инфекционная больница. Я думаю, что самая крупная в Европе, в России точно. Она самая современная, рассчитана на 1000 коек. Надеюсь, что она выступит гарантом безопасности по инфекционной ситуации в Москве. Второе – запущен в работу и уже принимает пациентов крупнейший научный центр имени Логинова. Он является многопрофильной больницей, но специализируется в первую очередь на онкологии. Запущены четыре новых флагманских центра в крупнейших городских больницах, которые принимают пациентов по скорой помощи и обеспечивают их качественной, очень современной высокотехнологичной медицинской помощью. Открыли новый корпус медцентра "Коммунарка".

Что еще важно: в этот год были также приняты стратегически значимые решения, которые определяют, куда будет развиваться медицина в ближайшие пять-семь лет. Мэром принято решение о том, что на месте устаревших советских корпусов института имени Склифосовского мы строим новый, на самом деле, центр. Центр будет очень крупный, современный. Действительно, будет таким флагманом московского здравоохранения. Принято решение о строительстве крупнейшей детской больницы на 1000 коек, также самой современной. И принято решение о реализации новых корпусов 52-й больницы. По сути дела, это будет новая больница, которая поглотит в себя все остальные корпуса. А также больницы имени Демихова.

Этот год был удачным также для сферы образования. Мы закончили реконструкцию и реставрацию Дворца пионеров на Воробьевых горах, который является очень важным знаковым объектом для многих поколений москвичей.Хочу сказать сразу, что мы не только занимались инфраструктурой, мы очень много внимания уделяем и организации оказания медицинской помощи. И в этом году мы начали внедрять в практику новый стандарт экстренной медицинской помощи. В целом, ежегодно больше миллиона москвичей неожиданно в экстренной ситуации поступают в больницы Москвы по "скорой", и мы больше года с медиками Москвы отрабатывали и стандартизировали все критические ситуации, с которыми людей привозят в московские больницы. В результате смогли сформировать 87 стандартизированных алгоритмов оказания медицинской помощи, обучить их реализации врачей и запустить их в московских больницах. Но если в новых флагманских центрах вся инфраструктура им соответствует, и стандарт полностью вписался, то у нас много других больниц, которые уже давно работают. Поэтому, чтобы обеспечить равное качество помощи всем москвичам, мы приняли решение о капитальном ремонте приемных отделений этих больниц. И уже со следующего года 20 крупнейших московских клиник, которые в первую очередь принимают пациентов по "скорой", будут работать по этому единому стандарту. А значит, в какую бы больницу москвич ни попал, он получит везде одинаково высокий уровень медицинской помощи. Мне кажется, это для каждого очень важно. Больше не надо спрашивать: "Вы везете меня в Боткинскую, в Склиф или в какую-то другую?"

Что касается поликлинической помощи, то можно сказать, что мы здесь в рамках нашей программы капитального ремонта поликлиник перешли экватор: отремонтированы 200 зданий, и они уже принимают пациентов. На сегодняшний день в ремонте находятся и в ближайшее время в него зайдут еще 140 зданий. И я думаю, что за полтора-два года мы эту программу закончим.

Но, опять же, скажу, стены стенами, но лечат на самом деле врачи. И капитальный ремонт здания — это только маленькая толика той работы, которую мы проводим по развитию первичного звена здравоохранения. Обеспечить высокий уровень профессиональной компетенции врачей — это более сложная задача, чем отремонтировать здание. Уже полтора года мы проводим программу повышения квалификации, обучения всех врачей-терапевтов и врачей общей практики московских поликлиник. Мы закончили эту программу. Второе. Мы впервые, наверное, в стране очень четко определили функциональные обязанности врачей в первичном звене. Несмотря вроде бы на такую простоту и логичность, никогда четко не было определено, за какие диагнозы отвечает только терапевт, какие диагнозы или заболевания он ведет с другими специалистами, где он ставит диагноз, где назначает лечение, где на диспансеризацию и наблюдение пациенты должны уходить к более узкому, профильному специалисту. Мы впервые внутри московского профессионального сообщества поставили точку в этом вопросе, четко распределили, за что отвечает каждый врач, где они работают в команде, и пришли к профессиональному консенсусу. Я думаю, что это существенно повысит качество медицины, потому что каждый знает свою зону ответственности. Но мало просто знать ее, надо понимать, насколько каждый врач на сегодняшний день соответствует тем требованиям, которые к нему предъявляются. Поэтому в этом году тоже создали и запустили, наверное, уникальную в стране программу тотальной оценки знаний, умений и компетенций врачей московских поликлиник. Уже две тысячи врачей такую оценку прошли. Восемь тысяч закончат ее в ближайшее время. И уже по каждому специалисту мы формируем индивидуальное портфолио, понимаем зоны, требующие особого внимания, и будем формировать персонифицированные программы их дальнейшего обучения и развития.

Что еще немаловажно: в этом году мы запустили новый стандарт акушерско-гинекологической помощи. Мы понимали, что когда москвичи увидят новые поликлиники, они, конечно, начнут их сравнивать со старыми женскими консультациями, и не в пользу последних. Поэтому тоже проводили очень большую работу, отработали новый стандарт и начали его реализовывать, формируя по городу единую сеть центров женского здоровья, которые придут на смену устаревших и морально, и физически, как правило, расположенных в жилых домах женских консультаций. И надеюсь, что за три-четыре года при поддержке населения мы эту программу сможем реализовать.

Я так много говорю про здравоохранение, но это не значит, что мы занимаемся только им. Мы равномерно занимаемся всеми сферами. В образовании мы тоже совершили, можно сказать, маленькую революцию — мы изменили в этом году подход к организации обучения детей в школе в 11-х классах. Со второго полугодия дети в основном начинают концентрироваться на подготовке к ЕГЭ. А для этого очень большой объем часов в рамках школьной программы мы выделили на специализированные практикумы, где дети по выбранным предметам, исходя из задач, которые они перед собой поставили, в группе равных себе начинают готовиться к ЕГЭ на тот уровень, на который они хотят. На самом деле, мы хотим, чтобы школа заменила репетиторов, и родители на них больше не тратились. Непростая была, сложная задача, но мы видим, что проект в качестве эксперимента прошел достаточно удачно в прошлом году. Детей, которые получили низкие результаты, либо не справились с итоговой аттестацией стало гораздо меньше. В этом году проект из эксперимента перешел в базовый, и в нем в прошлом году не участвовали школы, которые и так показывают высокие результаты. А в этом году многие из них захотели участвовать в этом проекте. И это тоже для нас очень важный показатель. Я давно работаю в управлении, но на своей памяти не могу назвать другого такого управленческого решения, которое практически вообще не вызывало возражений у участников этого проекта, хотя они все разные, с разными интересами. Его поддержали и родители, и дети, и учителя. Как правило, это бывает крайне редко. И подавляющее большинство и учителей, и родителей высказались за то, чтобы этот проект стал из экспериментального постоянной технологией. И в этом году он уже таким будет.
"Московская электронная школа", наша цифровая образовательная система, вышла за пределы Москвы и начала активно двигаться по стране, внедряться в других регионах. И это, конечно, в первую очередь заслуга министерства просвещения и министерства цифрового развития Российском Федерации, которые взяли нашу систему в основу "Моей школы". Мы помогаем регионам, не только отдавая свою систему, мы помогаем во внедрении, в обучении учителей, во вписывании нашей цифровой среды во всю цифровую среду региона. МЭШ не стоит на месте: и для москвичей, и уже для жителей регионов она постоянно развивается. Мы пытаемся сочетать качественный образовательный контент с современными образовательными технологиями. В этом году дополнили МЭШ цифровыми учебниками с электронными параграфами, с электронными озвученными параграфами, с интерактивными контурными картами, с лабораториями, сделали расписание полного дня и будем развивать нашу систему дальше. Очень много изменений было, все не озвучишь, я думаю, что по ходу интервью что-то мы с вами еще затронем.

— Анастасия Владимировна, а было ли что-то, что не удалось сделать в Москве или, наоборот, получилось даже лучше, чем вы планировали?

— Хороший вопрос. Наверное, того, что совсем не получилось, нет. Есть проекты, где мы ожидали гораздо большего эффекта, чем получили на сегодняшний день. Назову один пример, наверное, самый яркий — это проактивное диспансерное наблюдение людей, страдающих достаточно серьезными хроническими заболеваниями, в возрасте от 18 до 70 лет. Это девять нозологий, которые формируют основную группу причин ранней смертности и инвалидности. И мы считали, что, формируя такую программу, мы даем возможность людям при нормальном контроле за своим здоровьем не испытывать никаких ограничений и существенно отложить развитие заболевания в серьезной стадии на десятилетия, сформировать для каждого из них, а их больше миллиона, индивидуальную программу диспансерного наблюдения. Определили дополнительные исследования, приемы и назначили персонального помощника, который сопровождает их во всех этих не всегда простых процедурах. Мы думали, что получим очень высокий отклик, но на самом деле, целый год мы занимались общением с людьми, и 70 % либо нас игнорируют, либо активно отказываются. То есть культуры приверженности своему здоровью мы на сегодняшний день так явно не заметили. Может быть, нам не хватает аргументов для объяснения. Может быть, люди не понимают, как это важно, но мы не опускаем руки, мы будем работать в этом направлении и дальше.

Анализируя поведение пациентов, мы видим, что они очень часто обращаются в поликлинику по каким-то жалобам, заболеваниям, состояниям, начинают проходить исследования и бросают. Они не проходят назначенные процедуры, не сдают анализы, не приходят на прием к врачу. И, как следствие, врач не может поставить диагноз и назначить лечение. Время упущено, пациенту не помогли. И скорее всего, он к нам снова вернется с теми же жалобами. Гораздо позже, когда заболевание уже будет прогрессировать. И что немаловажно, пропал труд врача и те ресурсы, которые потратила поликлиника. Это глобальная проблема. Над тем, как с ней работать, как сделать так, чтобы таких незаконченных обращений стало меньше, чтобы труд врача ценился, мы сейчас думаем, и в ближайшее время будем работать.

Что превзошло наши ожидания. Превзошла наши ожидания скорость перехода московских больниц на безбумажный режим работы. Если бы мне кто-то год назад сказал, что наши крупнейшие клиники, большие клиники, многопрофильные, такие как больница тмени Склифосовского, больница имени Боткина, Вересаева, Первая градская, Буянова, Филатовская откажутся от бумажной истории болезни и огромного количества бумажных журналов, я бы подумала, что это сказка. Но на сегодняшний день все эти клиники работают без бумажной карты, которая на самом деле во многом и являлась неотъемлемой частью больницы. Вся жизнь, все процессы в медицинском учреждении крутились вокруг нее. Не забыть, не потерять, доклеить все необходимые данные, принести, подписать, хранить, передать. Вся организационная составляющая была завязана на этой картонной папочке, которая от клея превращалась в очень неприятную на вид огромную стопку. По сути дела, отказ от этой бумажной папки поменял все организационные процессы внутри больницы. Врачи так быстро с этим справились, что мы, возможно, сами еще не осознаем, какие позитивные эффекты от этого ждут нас в ближайшие время. И, понимая, что мы готовы, мы не стали долго ждать, составили план, и к 2025 году, хотим, чтобы все московские больницы стали уже исключительно цифровыми. Вот такие яркие примеры приходят на ум.

— А какие еще цифровые сервисы планируется реализовать в ближайшее время? И в целом, как продвигается цифровизация медицины?


И это, конечно, даст нам в ближайшие годы уже практические результаты. Планов гораздо больше, чем то, что я сейчас назвала. На сегодняшний день где-то примерно 10 экспериментальных моделей, гипотез, сервисов находятся на глубоком уровне проработки. Мы очень хотим, чтобы искусственный интеллект сам анализировал в режиме онлайн медицинскую карту пациента и предоставлял предварительные диагнозы, подтягивая их и пациенту, и врачу. Говоря: "Посмотри, совокупность данных говорит, что вероятность развития этого заболевания в будущем или уже сейчас очень высока. Позвони человеку, пригласи, давайте проверим". Он может ходить 10 лет с диабетом и не знать об этом. Чем раньше мы начинаем лечение, тем более активной и продолжительной жизнью живет человек.

Мы очень хотим научить модель просчитывать риски развития инфаркта в перспективе полутора-двух лет. И такую систему мы сейчас активно отрабатываем. Также хотим превентивно видеть возможное развитие заболеваний у детей. Уже сейчас активно работаем с "Яндексом", чтобы Алиса не только рассказывала нам сказки, но и передавала результаты контроля за основными показателями здоровья в медицинскую карту. Легко и непринужденно. Чтобы каждая бабушка могла просто назвать цифры своего давления, которое она видит на аппарате, и они автоматом отразились в карте у врача.
Мы понимаем, что за большими лингвистическими моделями будущее, и хотим в нем оказаться первыми. Поэтому со всеми крупными игроками, кто в нашей стране занимается такими системами, это и "Яндекс", и "Сбербанк", и "Росатом", и многие другие, мы активно сотрудничаем, и в ближайшее время заключим соглашения. Уже к практической стадии мы перешли со "Сбербанком" и передаем им большой объем накопившихся медицинских данных для того, чтобы обучить их GigaChat. Если мы настроим на медицинский профиль их GigaChat, то мы сможем гораздо быстрее и легче разрабатывать различные сервисы для врачей, для пациентов, что тоже продвинет нас во многом вперед.

— Изменения в медицине, действительно, потрясающие. А в чем вы видите причину такой скорости изменений в медицине? В чем секрет эффективности?

— Действительно, такая скорость и масштаб изменений — это не просто так. Это, конечно, говорит о зрелости медицинской системы. Это говорит о зрелости цифровой экосистемы в медицине, которую мы создали. Но самое главное о готовности и желании медицинских работников воспринимать изменения. Вы знаете, мне кажется, у нас сложилась такая уникальная ситуация в здравоохранении Москвы. Мы поймали волну, можно так сказать, на ковиде, когда управленцы от здравоохранения, эксперты, айтишники, медики — все работают, как одна большая команда. Я уверена, что мы научились слушать друг друга, слышать, доверять. И самое главное договариваться, что всегда очень сложно. Сейчас уже эксперты, аналитики предлагают инновации. Люди, которые вообще не имеют отношения к здравоохранению, но высокого уровня эксперты, и медики их не отрицают, хотя это очень такая сложная корпорация, она тяжело относится к любым изменениям. Но у нас этих классических признаков корпорации нет. Медики очень быстро включаются в процесс, дают свои замечания, предложения, идеи. Все это быстро в одном котле варится. И от стадии эксперимента мы буквально за какие-то месяцы переходим к практической реализации огромных, сложных проектов. Это, конечно, большая синергия, она дает безумный драйв, и те проекты, о которых мы не могли мечтать несколько лет назад, оказываются реальностью уже сегодня. Я очень надеюсь, что нам эту синергию удастся сохранить, а доверие и согласие развить в ближайшие годы еще больше.

— Бюджет Москвы на следующий год остается социально ориентированным. А как развивается социальная поддержка жителей?


Один из таких примеров — это появление социальной службы в медицинских учреждениях. Все думают, когда человек попадает в больницу, ему нужно только лечение. Это не так. Человеку нужно огромное количество дополнительных услуг, сервисов: от того, что надо предупредить родственников, до оформления определенных документов, помощи в выписке человека из больницы. А нередко, когда человек из больницы уже не может вернуться к нормальной жизни, он должен плавно, бесшовно перейти в социальные учреждения круглосуточной работы. И всегда это раньше делали врачи или родственники. Сейчас специальные социальные кураторы есть в каждой больнице, они снимают, с одной стороны, эту функцию с врачей, с другой — помогают родственникам. И мне кажется, эта работа сейчас очень эффективна.

Мы стараемся в сфере социальной защиты отвечать и сразу же помогать тем категориям, которые появляются в зависимости от развития ситуации. Сразу же после объявления мобилизации мэр принял решение о всемерной поддержке семей участников СВО.В начале прошлого года мы запустили Единый центр поддержки участников СВО и всех их семей, куда может любой обратиться по самой насущной ситуации. Самый широкий спектр: от психологической помощи, реабилитации, помощи в трудоустройстве и выплат всех льгот и социальных пособий. В этом центре собраны все городские службы и команды из этого центра, сигналы из этого центра являются бесспорным приоритетом для всех структур уже на территории города.

У нас большой опыт работы с ветеранами боевых действий у госпиталя №3, практически 30 лет. На его основе мы создали ведомственную поликлинику для участников СВО. И все, кто возвращаются на сегодняшний день, имеют возможность пройти там диспансеризацию, обеспечены полностью лечением на базе этого госпиталя и необходимой реабилитацией. Мне кажется, это очень здорово.

— На развитие каких видов медицинской помощи планируете сделать акцент в следующем году?


Такой простой пример, который, наверное, всем известен, это катаракта — болезнь глаз, которая, как правило, случается у пожилых людей, после которой люди становятся инвалидами, не могут даже себя обслуживать. Уровень развития медицины позволяет легко на сегодняшний день эту проблему решить, практически в любом возрасте вернуть человека к полноценной жизни. Мы сделали упор на лечение катаракты. В прошлом году сделали 29 тысяч таких операций, в этом году – 40 тысяч, в следующем году планируем 50 тысяч и вообще исключить возможность формирования очереди на этот вид помощи в Москве.

В этом году мы установили 3,2 тысячи кардиостимуляторов, это на треть больше, чем в прошлом году, и собираемся сделать 4 тысячи в следующем году. Это тоже очень важно для людей, потому что снижает риски преждевременной смертности. Такое хирургическое вмешательство, как эндопротезирование тазобедренного сустава, тоже частая патология у пожилых людей, которая просто превращает их в инвалидов. В этом году мы сделали 6 тысяч операций, в следующем году планируем 8 тысяч.
В этом году мы приняли решение, что за счет городского бюджета всех детей, страдающих диабетом первого типа, мы обеспечим системами непрерывного мониторинга глюкозы и уже 116 тысяч таких сенсоров московские ребята получили. Это, конечно, другая жизнь, другие риски, другая безопасность, другое ощущение безопасности у родителей. И вся эта программа на будущий год в полном объеме будет продолжена. Мы активно развиваем трансплантацию. Мы не зря создаем такие мощные медицинские центры, потому что многие из них уже могут заниматься трансплантацией. Мы наращиваем не только количество операций, но и виды этих операций и клиники, которые в них участвуют. В этом году в Боткинской больнице уже начали пересаживать сердце, а в недавно открывшемся центре имени Логинова пересадили первую почку.

Задача следующего года — это масштабная реализация программ роботизированной хирургии в онкологии. Мы в три раза увеличили объем финансирования по этой программе и считаем, что в несколько раз увеличим количество роботизированных операций. Для этого закупим семь новых современных роботических комплексов. Это не только спасение жизни, это очень малотравматичная операция, которая за короткий срок позволяет людям вернуться в активную жизнь.

— Мы подробно поговорили про медицину. А какие задачи вы ставите перед собой и перед городом в сфере образования и социальной поддержки?
— Мы в этом году окончательно утвердили и доработали программу капитального ремонта школ, которая будет гораздо масштабнее, чем программа ремонта поликлиник. Это вообще одна из самых крупных программ, которые были в Москве. Со следующего года мы эту программу начинаем реализовывать. В рамках этой программы предполагается передать в капитальный ремонт в следующем году уже 50 школ и в ближайшие годы выйти на капитальный ремонт в среднем 120 школ в год, и буквально за небольшой период времени отремонтировать и обновить вообще всю основную часть школьной существующей инфраструктуры. Это очень масштабный, амбициозный проект. Я думаю, что он будет импульсом к развитию образования в целом.

Второе — мы не останавливаемся на развитии нашей "Московской электронной школы". Конечно, мы хотим в следующем году уже так развить на ее базе системы искусственного интеллекта, чтобы перейти, пока хотя бы в режиме апробации, к персонифицированному подходу к обучению московских детей, чтобы можно было эту систему подстраивать под потребности конкретного ребенка. Это, на мой взгляд, образование завтрашнего дня, и мы будем этим очень серьезно заниматься.

Что касается социальной сферы, то мы в будущем году хотим максимально реализовать доступность системы "Московского долголетия" во всех районах города Москвы. У нас сейчас уже работает 120 центров. Когда мы реализуем в полном объеме, это, наверное, в мире будет самая уникальная крупная сеть интеллектуального, интеллигентного и здорового пространства для людей старшего поколения. В мире ничего подобного нет. Мы очень много занимаемся с учеными, с экспертами формированием и выделением триггеров активного долгожительства. И здесь эксперты единодушны, что самостоятельность, активность, вовлечение в социальную жизнь является значимым для того, чтобы люди жили очень долго и счастливо. Поэтому мы активно двигаемся в этом направлении.

Закончим капитальный ремонт двух новых социальных домов. Они ориентированы на проживание людей с ментальными особенностями, очень важно, чтобы у этих людей были достойные условия жизни, чтобы они имели возможность и заниматься спортом, и был нормальный досуг, и чтобы у них была возможность коммуницировать с внешним миром.

У города есть задача обеспечения людей абсорбирующим бельем. Непростая, сложная тема, но, поверьте мне, больше, чем для 100 тысяч людей, их родственников – то есть умножаем еще на три, — это ежедневная нормальная жизнь с этой услугой. Как это выглядит сейчас? Есть склады, куда родственники ходят и таскают огромные-огромные сумки со всем этим бельем. Мы считаем, что так быть не должно. Со следующего года переводим эту услугу в нормальный человеческий вид. Вы по электронной почте или через сервис заказываете эту услугу дистанционно, вам привозят курьеры на три месяца, и никто никуда не ходит. Кажется, это вроде бы мелочь, но для этой категории людей это очень важно. Это получилось у нас, потому что мы смогли вместе с экономическим комплексом в этом году запустить в экономической зоне в Москве "Руднево" новое современное производство абсорбирующего белья, которое полностью обеспечивает потребности города, исключает нашу зависимость от каких-либо других поставщиков. И, соответственно, возможность централизованного развоза сразу очень легко решилась.

Для людей с инвалидностью очень важны технические средства реабилитации. И раньше для того, чтобы получить новую коляску, они приходили на склад, забирали ее в собранном виде, а дальше — как хочешь, подстраивай под себя, смотри, подходит она тебе или нет. Мы тоже считаем, что это неправильно. Поэтому в этом году запустили впервые, а на будущий год сделаем массовым, центры выдачи технических средств реабилитации, где каждого человека сопровождает индивидуальный консультант. Он может этот прибор или аппарат подстроить непосредственно под человека. Там есть возможность протестировать его, что сделает тоже эту услугу более человеко-ориентированной и позволит эти приборы под каждого конкретного клиента доработать.

 — Анастасия Владимировна, а как сейчас обстоят дела с заболеваемостью ОРВИ, гриппом и коронавирусом в Москве? Москва уже прошла пик? И могли бы вы оценить этот сезон по сравнению с предыдущими?

— Да. Несмотря на то, что пандемия уже осталась в прошлом и ковид на сегодняшний день является обычным сезонным заболеванием, конечно, эта тема всегда волнует москвичей. Могу сказать, что на сегодняшний день ситуация в городе с заболеваемостью стабильная, заболеваемость соответствует осенне-зимнему сезону. Волна, которая сейчас идет, ниже по цифрам, чем волна даже прошлого года, который уже не был связан с ковидом.

Мы уже неделю фиксируем снижение заболеваемости. Обращения в скорую помощь, госпитализации всегда немножко задерживаются, они на неделю позже начинаются. Поэтому сейчас мы по госпитализации вышли на планку. Я думаю, что в ближайшие дни уже пойдем в минус.

Никаких новых вирусов на сегодняшний день в Москве нет. Я ответственно это говорю. Почему? Потому что с этой осени мы начали полностью секвенировать все циркулирующие возбудители ОРВИ. Это очень глубокий популяционный скрининг по 32 группам вируса. Мы четко понимаем, какие вирусы циркулируют, что это за штаммы, какими свойствами они обладают и как они влияют на течение заболевания. Вчерашние данные по последнему секвенированию — заболеваемость омикроном среди ковида и грипп А. Они разделились практически пополам: 45% занимает ковид, 40% — грипп. Если говорить про организованные группы — детские сады и школы, — то там уже доминирует грипп категории А. Мы знаем, как с ним бороться. Он вызывает высокую температуру, но у небольшого процента людей он вызывает тяжелые осложнения, воспаление легких.

У нас нет нагрузки ни на поликлиническую сеть, ни на стационарную. Мы спокойно проходим этот этап. Я надеюсь, что в ближайшие дни госпитализаций будет гораздо ниже.

— В этом году москвичи впервые смогли попасть на бесплатные экскурсии в некоторые городские больницы. Планируется ли такую программу продолжить в следующем году?

— Да, действительно, мы в этом году сделали такой неожиданный шаг — открыли новые корпуса больниц в первую очередь для здоровых москвичей, завели их во все укромные уголки. Показали все оборудование, которое есть, и врачи могли по-настоящему рассказать, погордиться и похвастаться своим местом работы. Честно говоря, мы такой реакции со стороны москвичей не ожидали. Слоты буквально разлетаются в течение часа с момента, как мы их открываем. Поэтому, я надеюсь, что мы эту практику продолжим, и она нравится и врачам, и москвичам. Поэтому все крупные московские больницы и впредь будем открывать, приглашая сначала туда здоровых москвичей.

— Как обстоят дела в столице с нехваткой детских садов и школ. Везде ли удалось ее ликвидировать?

— С 2011 года в Москве построено 550 новых школ и детских садов, что позволило нам снизить возраст приема в детский сад до двух лет и двух месяцев. Практически во всех районах эта планка выдерживается, за исключением некоторых районов Новой Москвы. Буквально два года назад таких районов было 13, сейчас только два. Я надеюсь, что в ближайшее время эти два района тоже смогут в полном объеме выполнить все эти нормативы по приему детей в детский сад. Что касается школ, то проблем здесь нет. Все дети обеспечены местами в школе по месту жительства.

— 2023 год был объявлен Годом педагога и наставника. А много ли в Москве молодых педагогов?

— На сегодняшний день молодых педагогов в Москве около 15 тысяч. Вообще наставничество для социальной сферы всегда было очень актуально. Если говорить про здравоохранение, это основа формирования медицинской школы, для каждого молодого врача и его наставника. Через него определяется преемственность и взгляд медицинского сообщества на будущее. И для образования точно так же.

— А как обстоят дела с занятостью в Москве? Много ли москвичей были трудоустроены за этот год и в каких сферах они наиболее востребованы?

— В этом году ситуация на рынке труда колоссальным образом изменилась. Москва является крупным мегаполисом, и мы имеем один из самых больших рынков труда, он составляет более семи миллионов человек. На сегодняшний день уровень безработицы в Москве один из самых низких, по данным Международной организации труда, он составляет 1,669 %. Вроде бы надо радоваться, что уровень такой низкий. Но когда мы анализируем ситуацию на рынке, то видим, что во всех практических отраслях экономики есть нехватка специалистов.

На сегодняшний день в базе службы занятости около полумиллиона вакансий. То есть рынок труда стал полностью рынком соискателей. Особенно не хватает рабочих профессий: не хватает слесарей, столяров, не хватает сварщиков, не хватает тех, кто управляет станками с ЧПУ. Востребованы кадры в транспорте — от водителей до логистов, по-прежнему высокая потребность в IT-специалистах, потому что все сферы быстро переводятся в цифровой формат, всегда востребованы программисты, аналитики данных, специалисты по кибербезопасности, специалисты по искусственному интеллекту. Мы видим, что потребность в так называемых синих воротничках существенно превышает потребность людей с высшим образованием.

Теперь уже всем экспертам понятно, что это долговременный тренд, и мы не можем на него не реагировать. Поэтому с этого года мы большое внимание уделяем формированию и развитию среднего профессионального образования. Уже в этом году мы с крупнейшими работодателями переделали 100 программ, которые реализуются на базе СПО, сделав их максимально практико-ориентированными, подстраиваем их под потребности крупнейших работодателей города. В следующем году мы все оставшиеся программы доработаем под современные требования. В рамках этих программ мы даем ребятам уже не одну специальность, а две-три, что, конечно, существенно повышает их конкуренцию на рынке труда.

Второе важное направление: мы активно занимаемся заключением договоров с работодателями, так, чтобы ребята, когда шли учиться в колледж, уже понимали, где они будут работать. И программу обучения адаптируем уже под конкретных работодателей. У нас в этом году целевой набор 1,7 тысячи для "Ростеха" и 700 — для метрополитена.

Мы очень много занимаемся профориентацией, в этом году детям на уровне девятых классов помогаем определиться с профессиями, которые более востребованы будут в будущем, развивая, пропагандируя обучение на уровне среднего профессионального образования. Мы считаем, что на сегодняшний день среднее профессиональное образование дает большие гарантии трудоустройства и успешной карьеры, чем, как это ни парадоксально, высшее образование.

В то же время, мы понимаем, что потребности на рынке труда быстро меняются. Поэтому запустили систему, позволяющую людям, уже активно работающим на рынке, получать новые знания, новые квалификации через быстрые программы по ускоренным курсам, которые город предоставляет по широкой линейке. Так, чтобы в тех сферах, где наблюдается дефицит, люди могли быстро переквалифицироваться и приходить на работу туда, потому что, как правило, там, где дефицит, там быстрее начинает расти заработная плата. И сейчас рабочий получает деньги, которые в разы превышают зарплаты средних специалистов с высшим образованием.

Поэтому вот эти две меры, мне кажется, эффективно позволят нам адаптироваться под новые потребности рынка труда.

— Расскажите, пожалуйста, про демографическую ситуацию в городе. Много ли детей родилось в этом году? Есть ли у нас уникальные долгожители, которым больше 100 лет?

— Год еще не закончен, на сегодняшний день в Москве родилось больше 112 тысяч новых москвичей, это чуть меньше, чем в прошлом году. Но в этом году мы фиксируем также снижение младенческой смертности, показатель лучше. Я говорю пока очень осторожно, но уже видим, что в этом году у нас будет достаточно существенное снижение смертности. И не только к 2022 году, который был и так бесковидный, но и к 2019 — году доковидного периода.

В Москве хороший уровень продолжительности жизни. Мы слегка "просели" на ковиде, но быстрыми темпами его наращиваем. Сегодня средняя продолжительность жизни у нас 78,2. Надеюсь, что мы в ближайшие годы достигнем планки в 80 лет. В Москве много людей, которые старше 100 лет, их практически около 1000. И многие из них живут очень активной жизнью и участвуют в нашем "Московском долголетии".

— У москвичей очень большой выбор свадебных локаций. А какие из них были самыми популярными в этом году?

— Несколько лет назад мы запустили нетрадиционную программу, создали условия для того, чтобы москвичи могли заключать браки не только в ЗАГСах или в Дворцах бракосочетания, выбрали сначала, на наш взгляд, потом по предложению жителей, самые интересные локации. Сейчас уже 11 тысяч браков заключаются на таких нестандартных площадках. Самая популярная площадка — это башня Око. На ней регистрируется огромное количество браков. Дальше по популярности идут у нас различные особняки, гостиница "Националь" — обязательно — с видом на Красную площадь, монастырь Матроны и ряд еще других локаций. Мы теперь уже находимся в коллаборации с жителями и активно развиваем те пространства, которые непосредственно сами москвичи выбирают. Для меня было удивлением, но есть пары, которые хотят пожениться на стадионе, и такие возможности мы им предоставляем.

— Мы с вами беседуем перед Новым годом. Какие подарки в социальной сфере ждут москвичей в этом году? И сколько маленьких москвичей могут посетить елки в этом году?

— Москва, как обычно, приготовила разнообразную новогоднюю программу для всех категорий москвичей. Будут активно работать, как обычно, рождественские ярмарки, катки, парки, театры — вообще более 200 различных мероприятий. Предполагается, будет обязательно елка мэра. Мы как социальная защита обеспечиваем особо нуждающихся детей, и детей с инвалидностью, многодетные семьи — более 50 тысяч получают билеты бесплатно.

В этом году мы опять продолжаем проект "Добрая елка Мэра Москвы" в детских больницах. Во всех больницах будут елки и подарки для детей, что тоже позволит им окунуться в атмосферу праздника. Особым вниманием будут традиционно охвачены родственники и дети участников СВО.

Все москвичи, я думаю, почувствуют приближение самого любимого праздника года – Нового года.

— А что бы вы могли пожелать москвичам в наступающем году?

— Конечно, счастья, здоровья, семейного благополучия. Всего самого доброго.




Возврат к списку